Контрольная «Прочитайте текст. Приведите примеры сходств и различий между языками»,
русский язык и культура речи в Красноярске

Прочитайте текст. Приведите примеры сходств и различий между языками, аналогичные данным в тексте. Изучение иностранного языка, как писал известный русский языковед Лев Владимирович Щерба, помогает “освобождаться из плена родного языка”, дает привычку “видеть вещи так, как они есть в действительности” и “основательную зарядку критического отношения к окружающему и к читаемому.” Что это значит? Мы видим вещи не такими, как они есть? Родной язык держит нас в “плену”? Он вреден? Конечно, нет. Но, говоря по-русски, мы естественно привыкаем видеть мир через призму русского языка и считать такую картину мира единственно правильной. Поэтому младших школьников удивляет, когда в английском языке для одного русского слова “рука” они обнаруживают два соответствия “hand” и “arm”, а русское “лечить” при переводе на английский должны передавать глаголом “totreat”, а “вылечить” - совсем другим - “tocure”. Русские школьники не задумываются, почему в русском языке Дождь идет, Свинья чешется о забор (в английском - against “против” забора), зато удивляются, что английское прилагательное beady следует переводить на русский язык сразу двумя словами “круглый и блестящий” (ср. beadyeyes = глаза-бусинки). Мы с вами прекрасно знаем и другой факт, приводящий в смущение наивных говорящих: если у двух слов из разных языков одинаково одно из значений, это не значит, что все их значения будут совпадать. Сравним прилагательные, обозначающие температуру, в русском и французском языках. Французское chaud [шод] соответствует сразу двум русским словам - теплый и горячий. Но во французском языке имеется еще tiede [тьед]- тепловатый, и русское предложение Он отнесся к этому прохладно будет переводиться на француский как Ilrestatiede [иль рест Атьед]. Разбирая этот пример, Л.В. Щерба писал «Образ складывается совершенно другой: по-французски подчеркивается отсутствие горячести, а русское выражение (которое, вероятно, все же возникло под влиянием французского) исходит из понятия холодности. Это показывает, что слово tiede имеет в своем значении элементы, которых нет в русском тепловатый - оттенок некоторой нейтральности, безразличия. По-русски и люди, и животные едят: по-немецки по отношению к людям употребляют слово essen, а по отношению к животным fressen и переводить fressen через жрать, как это часто делают, может быть правильным лишь в некоторых контекстах.” Мы ведь не говорим “Лошади жрут овес и сено”. В русском языке у слова тупой (угол, карандаш, нож) есть переносное значение - “очень глупый” (о человеке). Но некоторая связь между тупым карандашом и тупым человеком существует только в нашем языковом сознании, а не принадлежит миру действительных вещей. В английском языке переносное значение слова blunt “тупой” (angle, pencil, knife) совсем иное: bluntperson - резкий, прямой, грубоватый человек. Опять-таки эта связь устанавливается только в языковом сознании людей, владеющих английским языком. Каждый народ по-своему преломляет мир через язык. Поэтому, говорил в своих методических работах тот же Щерба, изучая родной язык, которым мы практически уже владеем, мы “занимаемся осознанием своего мышления”, чем не занимается больше ни один из предметов, преподаваемых в школе. А “изучая иностранный язык того или другого народа, мы изучаем исторически сложившуюся у него систему понятий, сквозь которые он воспринимает действительность. Изучая эту систему и сознательно сравнивая ее с нашей собственной, мы лучше постигаем эту последнюю.” В докладе “Новейшие течения в методике преподавания родного языка” Щерба говорил: “В каждом языке мир представлен по-разному, понимается по-разному. Мы смешиваем вещи и слова - вещи воспринимаем так, как они даны в словах, и величайший акт культурного развития состоит в освобождении мысли из плена слова... Язык - наш благодетель, но он и наш враг, потому что он нас ведет к неправильным понятиям. Изучение двух языков освобождает нас от влияния слова, показывает нам вещи так, как они на самом деле существуют в природе.” Привыкнув, что слово стол мужского рода, мы не задумываемся над этим, пока не обнаруживаем, что по-французски table женского рода, а английское table рода вообще не имеет. Тут мы и замечаем, что “тот нелепый факт, что стол мы причисляем к разряду мужчин, а скамью - к разряду женщин, есть языковой мираж, вовсе не обоснованный в самих вещах, по крайней мере, в их современном понимании,” - пишет Щерба. Изучение иностранного языка помогает вскрывать разнообразные средства выражения и в родном языке и отучает смешивать способы выражения с сущностью вещей; погаси свет, погаси электричество, поверни выключатель - могут выражать одну и ту же мысль в различной лишь внутренней форме.” В то же время внимательное сопоставительное изучение родного и иностранных языков приучает видеть общность европейских языков и через нее постигать единство европейской культуры: «...Отдельные куски бумаги всегда называются листами (ср. фр. feuille ? ???. folio, ???. Blatt)”, а русское понимать (от имать) соотносится с французским com - prendre, нем.be-greifen».